Из буровых историй. Алай, 1978 год

Алексей Федорчук

Если мажут снаряды над их головой —
Не ругай свою пушку сукой кривой.
А лучше с ней потолкуй, как с живой —
И ты будешь ею доволен, солдат.
Доволен, доволен, доволен, солдат!
Солдат Королевы.
Редьярд Киплинг в преложении Константина Симонова

Эта история произошла в горах Киргизщины. Хотя, как сказал бы Шурик, могла произойти в любом из районов наше тогда ещё необъятной Родины, имеющем высотные отметки более четырёх тысяч метров. Однако свидетельств из других районов история не сохранила. Так что расскажу о том, в чём участвовал сам.

Дело происходило в Текеликской ПРП Южно-Киргизскойй геологической экспедиции, размещавшихся в городе Ош. В 1978 году, после некоторых событий предшествующего сезона и камеральной обработки его результатов, параллельно с основным проектом по ревизии рудопроявлений презренного металла начались у нас и детальные его поиски на отдельных участках. Предполагавшие, кроме всего прочего (расчисток, врезов, канав), и «полутяжёлые» работы — шурфы и бурение.

В качестве инструментария для бурения у нас было два агрегата, именовавшиеся УКБ-12/25. Где литеры гласили, что это ни что иное, как Установка Картировочного Бурения. А цифры означали паспортный предел её технических возможностей: 12 метров шнекового бурения и 25 — колонкового. Насколько эти цифры соответствовали реальности — скажу чуть позже. Тем паче, что шнековое бурение нам было без надобности: требовался выход керна.

Установка сама по себе была замечательная: лёгкая, удобная, простая в обращении. Теоретически её можно было перевозить на одной лошади вьюком. Практически мы так, конечно, не делали, ибо лошадок жалко было: это где-то близко к пределу лошадиной загрузки, тем более на высокогорье.

Отступление: фотографий того времени у меня не сохранилось. Но поиск в сети показал, что УКБ-12/25 производится и по сей день. И даже изображение её обнаружилось (наши, правда, были окрашены не в столь жизнерадостные цвета, да и на картинке вариант сл шнеком, а не с колонковым набором):

ukb-12-25

И ещё одна вводная: дело происходит близ водораздела Алайского хребта, высоты — от 3500 метров (база партии) до 4200-4500 (участки работ). Норма для вьючной лошади по киргизским стандартам на древнем Памирском пути (примерно те же высоты, там уже в советское время построили трассу Ош–Хорог), считалась по три пуда на вьюк. То есть — 96 килограмм. Нам начальник категорически запрещал вьючить больше 80 кил. Его директивная фраза была:

Люди — х…и, выдержат. Лишь бы клячи выдержали.

Ну и возили мы на участки эту самую УКБ на двух лошадях. На Профессора, которого я помянул в одной из лошадиных историй, навьючивали станину: это не так тяжело, но очень неудобно — шею трёт, задницу трёт. Только вот наш старина Профессор и переносил такое издевательство. На второго конягу, из самых молодых и сильных, навьючивали всё остальное: вращатель, насос, колонковый набор, шланги…

Буровых у нас было две. И было два профессиональных буровика, работавших на всамделишнем бурении, рудном и нефтяном. На подхвате у них были остальные трудящиеся — после долгих кадровых пертурбаций исторически склалось так, что ими остались Володя Насатович — начальник поискового отряда, и ваш покорный слуга, в те годы полу-бич, полу-студент, числившийся в партии промывальщиком массовых проб 4-го разряда.

Буровики наши поначалу взялись за это большое дело с пламенным энтуазизмом: на таких установках, на таких высотах и в таких условиях никто ещё никогда не бурил. Можно было прославиться, вплоть до ордена. Ну и с деньгами напряга тоже не было — платили изрядно, а тратить их там всё равно некуда. Но тут вот и случилась незадача…

Установки у нас, как я уже сказал, были УКБ-12/25. Ход лебёдки — ровно 100 сантиметров, и колонковый набор требовался соответствующий. А нам, по чудесам советского снабженчества, выдали колонковые наборы от УПБ-28, с ходом лебёдки 120 см. То есть лишние 20 см надо было, по выражению Володи, подымать пердячим паром.

Выглядело в реале это так: буровая колонна вытягивается лебедкой насколько возможно. Устье скважины специально оборудовано, чтобы колонковую трубу можно было ухватить руками и вырвать эти самые 20 см. Это делает один из «буровой бригады», включавшей два человека. А второй должен мгновенно подцепить её буровой вилкой — с одной стороны, очень быстро, потому что дольше пары минут эту хрень удержать невозможно. А с другой стороны — очень точно и аккуратно, чтобы вилкой пальцы держащего не оттяпать (вполне реальная возможность, кстати).

Ну поразвлекались так на наши профи-буровики — и умотали куды подальше (не в осуждение — никто им специфики работы не объяснял, да никто и не знал, что так получится). Остались мы с Насатовичем на бурении вдвоём. Ни он, ни я в этом деле ни ухом, ни рылом. Но освоились. И установили, наверное, мировой рекорд: 53 метра колонкового бурения с выходом керна до 90 процентов. Это при том, что осень уже грянула, водичка в ручьях, в связи с окончанием таяния, иссякла, и при утечках и заклинках воду таскать приходилось молочными флягами за пару-тройку километров — в ритме марафонских бегунов из племени тараумара. Только у нас на два с лишним километра было повыше, чем у них, у индеев этих.

Зато наш рекорд был в приказе по Мингео отмечен. Не нас помянули, конечно, а руководство экспедиции, которое создало для этого рекорда все условия. В частности, поставив не те колонковые наборы. Но ведь нет таких крепостей, которые не смогли бы взять большевики. А мы с Володей большевиками не были, поэтому нам эти крепости тем более похрену были…

Ну ещё раз напомню — было это на высоте 4500 метров, где мощности мотора теряется… уже не помню сколько, но много. И чисто теоретически мы эти 53 метра пройти не могли — да ещё с выходом керна, практически предельным в более благоприятных условиях. А вот прошли же, блин. Ибо бессмертны слова того бича из «Территории» Олега Куваева:

Могём, начальник! Кто сказал, что не могём?!

А меня то время многому научило. И вся эта наука пригодилась, когда пришлось собирать и чинить компьютеры. Потому как оказалось, что разницы между буровой и любым компом по большому счёту и нету. И в обоих случаях надо всё делать спокойно, хладнокровно. И обязательно — не больше одной операции за раз. А самое главное — помнить слова из эпиграфа. Потому что техника, как и лошадь, любит, когда с ней обращаются по человечески. И тогда они отвечают взаимностью.

Из буровых историй. Алай, 1978 год: 4 комментария

  1. Параллельно читаю ещё один блог, касательно операционных систем не-Windows.

    Мейнфрейм IBM z13 с z/OS, до 140 процессоров и 10 ТБ оперативной памяти не представляете?
    Вот так это выглядит: http://samolisov.blogspot.ru/2016/04/java-ee-7-140-10.html
    Почему же покупают это, а не бесплатный Linux? Обоснование: http://samolisov.blogspot.ru/2016/03/blog-post.html

  2. Неплохо было б дополнить рассказ описанием или ссылкой на внятную наглядную статью. Лично я, из технических подробностей не понял ничего.

  3. iZEN, не видел, так что представляю только понаслышке. А потому не очень понимаю, какое отношение это имеет к моим воспоминаниям почти сорокалетней давности?

  4. kerg, Вас интересуют технические подробности бурения? Придётся работать на буровой — бурмастер Вас быстро обучит, без всяких статей из интернета. Простыми русскими словами.

Оставить комментарий

Перейти к верхней панели